В мире медицины, где каждая минута на счету, а ответственность за жизни пациентов ложится неподъемным грузом, мы привыкли видеть врачей сосредоточенными исключительно на своей профессии. Но иногда судьба преподносит нам настоящие сюрпризы, открывая удивительные грани личности тех, кто посвятил себя спасению других.

Представьте себе: человек, чьи руки с ювелирной точностью проводят сложнейшие операции, чьи знания и опыт помогают женщинам побеждать страшную болезнь, оказывается еще и человеком с невероятной силой духа и многогранными талантами. Наш герой – не просто врач, он – настоящий марафонец и кулинарный энтузиаст. И это далеко не все его таланты.

В этом материале мы расскажем вам об отличнике здравоохранения Российской Федерации, Заслуженном враче Чеченской Республики, онкологе-маммологе и практикующем хирурге Адаме Токаеве.

Анатомия интересовала с детства

Кабинет заведующего отделением опухолей молочной железы Адама Токаева в Республиканском онкологическом диспансере можно определить по очереди женщин, которые приходят именно к нему на консультацию. Его пациенты уверены: Токаев не только грамотно все объяснит, но и успокоит – выход есть всегда. Для этого человека нет невыполнимых задач, а хирургические вмешательства он старается выполнять так филигранно, чтобы шрамов в последующем не было даже видно.

«Хирургия – это творчество, - заявляет Адам Токаев. – Мы в школьные годы на уроках биологии опыты ставили на лягушках. Мне нравилась анатомия человека. Не терапевтические воздействия и не диагностические процедуры, а именно хирургическая основа лечения недугов. Одно и тоже можно сделать по-разному. К примеру, я занимаюсь опухолями молочных желез и стараюсь подходить к операции творчески, чтобы по итогу все было аккуратно, чтобы разрезов не было видно. Когда на себя примеряешь, что бы ты сделал себе, многое становится четким, ясным и понятным».

В кабинете нашего героя, помимо привычной медицинской атмосферы, располагается нечто совершенно особенное: настоящая муравьиная ферма, где кипит жизнь в миниатюрном мире. Рядом, в аккуратных террариумах, можно увидеть застывших в своем величии пауков. Это не просто элементы декора, а отражение глубокой и давней страсти доктора к животному миру.

 «Мне с детства был интересен животный мир. Родители рассказывали, что я интересовался им еще в школьные годы, - вспоминает медик. – Однажды мы с мамой шли с прогулки домой, и она увидела, что я что-то прячу в руке. Мне было года три. Я не показывал. И мама по торчащему маленькому хвосту из кулачка поняла, что я держу – это была ящерица. Она еле уговорила меня отпустить ящерицу. Мне интересно наблюдать за животным миром. Вон там паук-птицеед. Чем я кормлю их? После операции выхожу, когда на улице сезон, ловлю мотылька, к примеру, или мучными червями. Зачем мне нужны муравьи? Они неприхотливые создания».

В онкологии возможностей развития больше

Школьные годы Адама Токаева прошли в Грозном, потом в самое тяжелое для Чечни время – в 1998 году ему удалось по распределению поступить в университет Баку на факультет «Лечебное дело».

«Я изначально знал, что буду врачом-хирургом, - отмечает собеседник агентства. – У нас в роду нет врачей. После меня сестра еще поступила. Все были против того, чтобы я становился онкологом. Боялись, что я буду тяжело это переносить. Когда учился в университете, было тяжело, но ни разу я не думал о том, чтобы бросить учебу в медицинском. У нас студенчество выпало на очень тяжелое время. Это было время после первой военной кампании. В Чечне была полная анархия и разруха. Тогда был заключен договор, что Азербайджан будет выделять места бюджетные для представителей нашей республики. Я подал документы и поступил. Мы уехали в 1998 году. Было тяжело, но трудности меня лично закаляют».

На третьем курсе Токаев определился со специализацией – онкология. До этого он усиленно штудировал базовые предметы.

«Я знал, куда пойду уже. Когда у нас была курация по онкологии, мне это направление показалось интересным тем, что большая сфера в творческом развитии и гораздо больше локализация задействуется, чем в общей хирургии, - утверждает врач. – В онкологии опухоли затрагивают дополнительные смежные зоны и от тебя требуется высокий уровень квалификации, при котором ты не в одном направлении работаешь, а во многих анатомических сферах».

Операционный график у Адама насыщенный: в день от пяти до одиннадцати операций, а иногда и больше. Многие пациенты считают его строгим и безэмоциональным. У доктора на этот счет есть свое объяснение.

«Люди ко мне приходят не за эмоциями. Они приходят за квалифицированной помощью, и моя эмоциональная составляющая им не поможет, - считает Токаев. – Эмоциональная поддержка – это другое. Конечно, я поддерживаю своих пациентов. Одно и тоже можно по-разному сказать: «У вас рак молочной железы», а можно объяснить: «У вас опухоль, но она не агрессивная. Случай не запущенный. Все это лечится. Проведем адекватное лечение». Пациенты после лечения спокойно живут десятилетиями. Вон на стене висит картина, нарисовала 15-летняя девочка. Пришла женщина с девочкой. Я думал на прием, а женщина мне говорит: «Нет, вы меня оперировали, когда еще работали в первой городской больнице. Я тогда была беременна. Вы мне сохранили грудь. Девочка родилась у меня. Прошло 15 лет. Она учится в художественной школе. Мы узнали, где вы и пришли сюда. Хотела показать ей хирурга, который сохранил маму и молочную железу».

Операция – это хорошо составленный план

По словам Адама, процент онкологических больных в его отделении гораздо меньше, чем пациентов с доброкачественными структурами.

«Из 30 пациентов – 6 онкологических пациентов, остальные либо с доброкачественными образованиями, либо там незначительный процент пограничной формы, - поясняет специалист. - Бывают определенные показания к оперированию доброкачественных опухолей. К примеру, прогрессия роста и формирование кровоснабжения вокруг опухоли. Тогда нужно оперировать. Если мелкие образования – фиброаденомы до 1 сантиметра, мы их не оперируем, а наблюдаем».


Токаев – хирург, для которого каждая операция, даже в самой сложной области онкологии, становится актом творчества. Это не просто работа, это искусство, где мастерство рук встречается с глубоким пониманием человеческого тела и неукротимым желанием победить болезнь. Операционная в его понимании – это не поле битвы, а скорее мастерская, где он, подобно скульптору, высекает новую реальность из сложной ткани болезни. Он подходит к каждому случаю с уникальным видением, ища нестандартные решения там, где другие видят лишь тупик. Научные знания, интуиция, опыт и искра творчества позволяют ему видеть возможности там, где их, казалось бы, нет.

«Любая операция – это хорошо составленный план, - уверен хирург. – Но у тебя должен быть и план А, и план Б, и план С на случай каких-то осложнений. Потому что в онкологии есть такое понятие, как метастазы, они могут затрагивать мышцы и сосуды. Когда операция бессмысленна, я ее просто не делаю. Если процесс действительно запущенный и ничем не помочь. С этим связана смертность в онкологии, о которой говорят люди – с запущенностью случаев. Но и от сложных случаев я иногда не отказываюсь».

Хочешь есть - ходи

Четыре года назад Адам принял решение – заниматься ходьбой. После того как он переболел коронавирусом, у медика начались проблемы со здоровьем: лишний вес, повышенный сахар, боли в ноге.

«Третьего декабря 2021 года мне должно было исполниться 40 лет, и я сидел думал: «Я еще не был на хадже. Поехать на хадж мало, там нужно много ходить». А я на тот момент не мог долго ходить из-за ноги и лишнего веса. Я и подумал, что нужно менять ситуацию, - рассказывает собеседник агентства. – Начал с ходьбы. Приезжал с работы, ставил машину на стоянку и ходил вокруг дома. Делал хотя бы один круг вокруг дома, потом увеличивал количество кругов. Через время ходить вокруг дома мне надоело, и я решил ставить таймер для ходьбы и расширять территории и расстояния. Начал обращать внимание на свое питание: исключил хлеб, сахар и быстрые углеводы. Со снижением веса стал больше расстояния проходить. Где-то к маю я уже по четыре часа ходил. Вставал в половине четвертого утра, приходил на работу и оперировал. После работы ехал за детьми, занимался домашними делами, и к 10 часам вечера меня «выключало». С тех пор каждое утро я встаю в четыре утра. В течение полугода я похудел. Где-то килограмм 20 я скинул, потом 25. Потом просто ходить мне надоело, и я решил подключить бег».


Сначала Токаев включал бег в ходьбу: один промежуток бежал, два промежутка шел легким шагом. Иногда замерял пробежку расстоянием от столба до столба. Пока однажды не узнал про ультрамарафоны и не задал себе вопрос: «А я бы так смог?».

«Я услышал про ультратриатлон Siberman. Соревнования проходят по уникальным сибирским местам, включая горные массивы Саян, степи Хакасии и сибирскую тайгу, - уточняет он. - Есть соревнования мирового масштаба – Ironman. Их проводит Всемирная корпорация триатлона (WTC). Каждая гонка состоит из заплыва, заезда на велосипеде и марафонского забега. И я подумал, как такое возможно и откуда в людях столько выносливости. Стал выяснять и понял, что в них принимает участие огромное количество людей. Я решил проверить свою выносливость. Спланировал дойти из Грозного до Гудермеса. Там у меня живет друг. Прошел этот путь за 7 часов 20 минут. Минус в том, что я не взял солнцезащитный крем и кепку. Это было жаркое время и сильно палило солнце. Лицо обгорело. На двух заправках пришлось останавливаться, чтобы зарядить телефон. Я все транслировал в социальных сетях, чтобы не сказали, что я доехал на такси. Тут я подумал: «Если я 45 километров прошел за 7 с чем-то часов, то я в принципе могу осилить марафон». А в марафоне лимит 6 часов. При должной подготовке я могу его пробежать. Начал искать курсы для начинающих. Нашел приложение, оплатил курс. Я по этой программе занимался. И потом пробежал 10 километров за час и 24 минуты».


На счету героя нашего материала – не один марафон, о чем свидетельствуют многочисленные награды на стене. Один из полумарафонов он пробежал как бы между делом, когда приехал на конференцию в Москву.

«Я поехал на конференцию в Москву, где должен был выступать с докладом. Зима была, минус 16 градусов мороз. Решил пробежать полумарафон, к которому заранее не готовился, - вспоминает собеседник агентства. – Где-то 50 участников было. Занял 4 место, неожиданно для себя. Решил готовиться к марафону. Осенью пробежал московский марафон. Так я и перешел постепенно на бег, который совмещаю с ходьбой. Меня никто не заставляет этим заниматься. Если я устал, я сбавлю нагрузку. Сейчас я сбавил нагрузку, потому что во время бега травмировал тазобедренный сустав. Суть всего того, чем я занимаюсь, не в том, чтобы худеть, а чтобы есть. Три часа ходьбы – это тысяча калорий. Час ходьбы – это триста калорий – одно мороженое. У меня все заложено: если я хочу что-то съесть, то потом я должен затратить эти калории».

А еще он рисует и «вкусные» видео на природе снимает

Ходьба и бег – не единственные увлечения Токаева. Он пишет, рисует, готовит и снимает. В 2015 году Адам в одном из отделений европейской больницы увидел на стенах картины и решил сделать тоже самое в родном медицинском учреждении.

«Когда вернулся домой, пошел в магазин узнать цену картин: 25 – 30 тысяч. Посмотрел на эти картины и решил, что и сам могу написать такие, - смеется онколог. – Забил в поисковике: «Картина маслом. Что нужно?». Мне выдали перечень. Я его распечатал и пошел в магазин. Большую часть закупил и приехал домой. В Ютубе нашел уроки живописи маслом. Природу не сложно рисовать, сложнее рисовать портреты или город. Первую картину написал, потом еще одну. И каждая картина получалась лучше предыдущей. Я не знал, что такое мастихин (инструмент в виде стальной лопаточки с ручкой, который используют для нанесения грунта на холст, смешивания масляных красок, нанесения густых слоёв на полотно и других задач, - прим. автора). Постепенно разобрался во всем: как тени делать, как горы и деревья рисовать. Каждый раз я думал: «А вот так будет лучше и четче». Одну из картин я подарил Главе Чеченской Республики Рамзану Ахматовичу Кадырову на торжестве по случаю Дня медицинского работника в Грозном. У меня уже родственники начали заказывать картины: «Подари нам на новоселье картину». С отделения заходили и говорили: «Мы тебе купим все, что необходимо – нарисуй нам». Перестал писать картины, потому что условий нет».

В 2013 году Адам начал вести социальные сети, а именно страницу в Instagram*. Сначала он публиковал какие-то фельетоны, рассказы или описание рабочих ситуаций. Еще в институте у Токаева была специальная тетрадка, в которой он делал карикатурные зарисовки на друзей и сопровождал их текстом. Медик в шутку называет эту тетрадку ранним аналогом Instagram*. Каждые выходные Адам старается проводить с друзьями или с семьей на природе. В конце 2022 года наш герой решил снять видео, как они с друзьями на природе варят шурпу (заправочный суп или мясной бульон, - прим. автора) и жарят шашлыки.

«Сделал из этих кадров нарезку и опубликовал. У меня видео залетело и набрало за два дня 25 тысяч просмотров. Было много комментариев, Рамзан Ахматович лайк поставил, - рассказывает Токаев. – Подумал: «Я же каждые выходные так провожу, вот и сниму на следующие еще что-нибудь». Снял ролик трехминутный. Как с картинами: ты начинаешь, и с каждым разом у тебя получается все лучше и лучше. Instagram* мне начал выдавать разных фудблогеров, которые делают контент. Подумал, а я разве так не смогу? Заказал нормальный нож. На блошином рынке, который открывается каждую субботу на Северном базарчике в Грозном, купил в разделе антиквариата разделочные доски. Одну доску мне подарил министр Чеченской Республики по туризму Муслим Байтазиев. Он позвонил и попросил встретиться. А я тогда только начинал. Подарил мне особенную доску. Она мощная, водостойкая. Мы с ним так и познакомились, хотя я подумал, что он позвонил по работе. Эта разделочная доска у меня уже два-три года, и на ней нет ни царапины».

Снимает Адам на телефон, на съемки уходит два-три часа. Он признается, что больше времени уходит на поиск подходящего ракурса. Монтирует видео Токаев тоже сам с помощью специальных приложений, которые он освоил также легко, как и художественное искусство.

«Я себя не считаю фудблогером. Фраза «У меня нет времени» - означает «Я не хочу». Если человек захочет, он многое сможет. Я смог пробежать марафон, к примеру, когда лежал практически одной ногой в могиле. Люди думают: «Как он все успевает?». Я встаю на 4 часа раньше всего света, можно сказать, чем выигрываю 4 часа дополнительного времени. Я структурирую весь день. Во время ходьбы могу смонтировать ролик и поставить запланированной публикацией на 10 часов утра. Хотел бы еще лучше стать. Я иногда думаю, почему меня не несколько: один бы бегал, второй бы оперировал, третий бы рыбу ловил, а пятый фуд-контент бы снимал. Ничего бы в своей жизни я не хотел изменить, оглядываясь назад. Потому что тот, кто я есть сегодня – это то, через что я прошел. Все это меня сформировало», - резюмировал собеседник агентства.

11 декабря Адам Токаев был удостоен престижной журналистской награды «Золотое перо» в номинации «Блогосфера». Награду вручали в Грозном. Он показал, что врачи – это не только люди в белых халатах, но и многогранные личности с разнообразными увлечениями.

* Instagram - признан в России экстремистским и запрещен

Седа Магомадова


При копировании материалов ссылка на сайт обязательна